Если бы Фолкнер не написал ничего, кроме этой работы, ему бы уже стоило дать Нобелевскую премию. Все характерные черты его прозы, прежде всего — вязкий, гипнотический, одурманивающий язык, стирающий грань между реальностью и мифом, реализмом обычным и магическим, тут присутствуют.